У всех пациентов, независимо от вида употребляемого наркотика, в процессе наркотизации формировались следующие черты: повышенная возбудимость, нарастающие аффективные расстройства в виде дисфорических или апатико-абулических депрессий, выраженной аффективной лабильности, преобладание истеро-возбудимых форм реагирования, психо-социальная дисфункция в виде постепенного угасания интересов, различные аномалии эмоционально-волевой сферы, расстройства сферы влечения или сексуальная расторможенность, а также ипохондрия, фобические расстройства.
Личностные изменения у больных нарастали постепенно, начинаясь с заострения преморбидных черт характера. Затем, по мере продолжения употребления наркотиков, проявлялись отчетливые психопатоподобные нарушения и, наконец, развивалось выраженное морально-этическое снижение, в ряде случаев с обеднением чувств, суждений, ослаблением активности, усилением психопатоподобной симптоматики, аффективных нарушений, снижением и утратой трудоспособности, социальной дезадаптацией и формированием характерного дефекта. Одновременно с этим все заметней становились интеллектуально-мнестические расстройства.
Следует также отметить, что по мере наркотизации индивидуальные личностные характеристики сглаживались, нивелировались, больные становились как бы все более похожими друг на друга, их поведение в основном определялось психопатоподобными расстройствами истеро-возбудимого и эмоционально-неустойчивого круга или, наоборот, — преобладанием апатико-абулических расстройств. Все это – в совокупности — объединяло изученных нами больных по характеру изменений личности в одну группу, которую можно квалифицировать, как «наркоманическая личность».
Типичными чертами поведения и реагирования больных были эгоизм, лживость, позерство, паразитические тенденции, легкомыслие, безразличие к своей судьбе, непоследовательность, неустойчивость намерений, слабый контроль эмоций, показная уверенность в себе и наряду с этим стремление избежать ответственности, желание обвинять в своих неудачах окружающих. Характерными были склонность к тунеядству и праздному образу жизни, циничность, жестокость по отношению к близким, непристойные, грубые выходки, развязность, отсутствие чувства дистанции, притупление родительского долга, в том числе утрата материнского инстинкта, притупление профессионального долга.Проявлялось интеллектуально-мнестическое снижение в следующем: в динамике наркотизации у больных сужался круг интересов — все мысли сосредотачивались на наркотиках. Наблюдались примитивность суждений, застревание на «мелочах», неспособность обобщать и выделять главное. В беседе больные быстро утомлялись, не могли сконцентрироваться, внимательно следить за содержанием разговора; иногда они не могли вспомнить определенные моменты своей жизни, забывали, о чем идет речь в настоящий момент, часто переспрашивая; нередко отвлекались, переключались на другие темы, проявляли плоский юмор. Сложные ситуации нередко приводили больных в тупик; при этом у них наблюдалась растерянность, они старались всячески оградить себя от вновь возникшей проблемы.
Характерными проявлениями интеллектуально-мнестических нарушений были также: торпидность мышления, бедность воображения, нарушения непосредственной и опосредованной памяти, мотивационного компонента памяти и динамики мнестической деятельности, в редких случаях — ослабление фиксационной и репродуктивной памяти.
Нельзя не отметить тот факт, что интеллектуально-мнестические нарушения имели транзиторный характер. Катамнез показал, что длительный отказ от употребления наркотиков приводит к определенному улучшению интеллектуально-мнестических функций, хотя полное восстановление и наступает.
У большинства больных наблюдались расстройства аффективной сферы. Они были наиболее выражены в абстинентный и постабстинентный периоды и характеризовались дисфорической ( наиболее часто), тоскливой или апатической депрессией. Длительное время у больных сохранялись аффективная лабильность, ипохондричность, астения, бездеятельность, неспособность заняться каким-либо трудом, читать.
Обращала на себя внимание ипохондричность у многих больных, которая не была свойственна им ранее. Больные высказывали тревожные опасения, что в результате наркотизации они могут заболеть неизлечимыми болезнями, прислушивались к своим соматическим ощущениями и нередко преувеличивали их, просили показать их тем или иным специалистам, без конца обращались к врачу с просьбой назначить дополнительные медикаментозные средства. Наряду с этим, критика к злоупотреблению наркотиками у них отсутствовала. Частота рецидивов у этих больных оказалась такой же, как у остальных больных. Их ипохондрические высказывания шли как бы в разрез с их поведением и отношением к наркотизации в целом.
В период ремиссии у значительного числа больных также наблюдались своеобразные аффективные расстройства. Чаще всего это было тревожно-дисфорическое или тоскливо-дисфорическое состояние, которое сменялось в дальнейшем (через 2-4 месяца и более) — апатико-абулическим. При этом чем меньше времени проходило после купирования абстинентных явлений, тем выраженнее были дисфория, эксплозивность, и, наоборот, чем дальше от абстиненции — тем в большей степени отмечались апатия, безволие, неспособность к труду. Больные были совершенно бездеятельны, беззаботны, легкомысленны, развязны, порой неуправляемы. У них отмечалась неустойчивость намерений. Кроме того, у многих пациентов наблюдалась эмоциональная лабильность, они становились чувствительными к состоянию малейшего душевного дискомфорта, неадекватно реагировали даже на незначительные психотравмирующие моменты. У них сразу же снижалось настроение, что, в свою очередь, способствовало актуализации патологического влечения к наркотикам и нередко приводило к рецидиву.Таким образом, изменения личности у больных опийной наркоманией характеризуются повышенной возбудимостью, выраженной аффективной неустойчивостью, преобладанием истеро-возбудимых форм реагирования, наличием ассоциальности, конфликтности, легкого интеллектуально-мнестического снижения и бездеятельности, которые мы расцениваем как «органическое снижение уровня личности с десоциализацией» или своеобразный психоорганический синдром, сформировавшийся в результате злоупотребления психоактивными веществами. У больных, употребляющих самодельные опиаты, проявления психоорганического синдрома были выражены в значительно большей степени, чем у больных героиновой наркоманией.
Подробную информацию о работе Центра социально-психологической реабилитации молодёжи Общественной Организации «Родители против наркотиков» вы можете получить по телефону: +38 (067) 265 31 40